На сайте круглосуточно и без выходных работает БИБЛИОТЕКА, где можно скачать интересные книги бесплатно, без SMS и регистрации. ЗАХОДИТЕ! И не забывайте нажимать на "соцкнопочки". Они справа!

Форма входа



ОПАСНОСТИ В ГОРАХ



ОПАСНОСТИ. ОСЫПИ. КУРУМЫ. ОБВАЛЫ. СНЕЖНАЯ ЛАВИНА.


Осыпи, курумы, крутяки 

 Любое место конной тропы, которая идет близко к скалам, может быть опасным прежде всего потому, что сверху падают камни. Даже небольшие могут наделать бед, сорвавшись с высоты. Кто может сказать, когда именно обвалится тот или иной выступ, нависающий над тропой? В долине Чулышмана есть гигантская скала под названием Иту-кая. В буквальном переводе с алтайского — скала, утёс с узким отверстием, дырами. Один из первых исследователей Горного Алтая Александр Андреевич Бунге побывал в этом месте в 1826 году. Было ему тогда всего 23 года, а он уже руководил экспедицией. Вот что он пишет в своём труде «Путешествие по восточной части Алтайских гор», впервые на русском языке полностью изданном только в 1993 году в Новосибирске. 

«Кажется, что одна скала, взвалена на другую, и на страшной высоте над испуганным, изумлённым путником висят мощные громады, грозя низвергнуться с сокрушающей силой... В сырую погоду, особенно в сильную грозу, наверху могут отколоться большие камни и скатиться со страшным грохотом, поэтому даже калмыки (алтайцы — Д.Ж.) ездят этой дорогой только в ясные дни.
Из оцепенения меня вывели мои люди, которые объявили, что мы находимся на самом опасном участке пути. Есть две тропы, сказали калмыки, и я должен определить, по какой нам идти. Одна-де ведет налево в сторону, вверх на скалистую стену, и если мы её выберем, то не должны надеяться выйти из этого узкого прохода до наступления ночи. Я посмотрел туда и не мог представить, как можно там пройти. Другая, говорили они, ведет направо вниз к реке, потом через скалистые ворота; она очень трудна, но, пожалуй, безопасна, а главное, короче. Я выбрал эту последнюю, хотя и не понимал, как мы здесь пройдём. Совершенно отвесная, даже несколько нависшая, гладкая, скалистая стена спускалась в реку, в которой здесь у берега лежали огромные глыбы. Возле самого берега река была спокойна и неглубока, но посредине она бесновалась у громадных камней, лежащих в воде. Чтобы достигнуть реки, лошади должны прыгать со ступеньки на ступеньку по своего рода каменной лестнице. Эти образованные природой ступени были, само собой разумеется, довольно неудобны, очень высоки и круты. Мы сползли с них, цепляясь за скалы. Внизу сели на коней и проехали немного по дну реки, между лежащими там каменными глыбами, вплотную к скалистой стене, пока не оказались у ворот. Они были образованы двумя прислоненными одна к другой громадными скалами, покоящимися на третьей, лежащей под водой, и таким образом получился тёмный проход, достаточно высокий, чтобы всадник, пригнувшись, мог с трудом проехать, и такой ширины, что тяжело груженая лошадь с обеих сторон задевает вьюками скалистые стены. Этот проход делает поворот, и внутри его почти совсем темно, хотя он не длиннее пяти-шести сажен. Мы по одному направились в него, хотя при этом не было никакой действительной опасности, зато мнимая была так велика, что мои люди вначале отказались следовать за калмыками и двинулись лишь после того, как я поехал впереди. И я верю, что нелегко без страха в первый раз проделывать этот путь. Даже на обратной дороге, когда мы приблизились к этому месту, моя, обычно разговорчивая и любившая попеть, свита стала тихой и серьёзной. И это люди, которые бывали отважны и выдержанны!»

 Это очень известное место, упоминаемое всеми, кто когда-либо проезжал тут хоть однажды. Через 130 с лишним лет после А.А. Бунге туда занесло и меня. Однако тоннеля в Иту-кае уже не было. Плиты каменные обрушились, и скала весом в сотни тысяч тонн висела прямо над тропой, а кони шли под ней по воде. В большую воду здесь пройти было нельзя. Однако ещё В.И.Верещагин в 1909 году и В.В.Сапожников в 1912 году упоминали о туннеле в этой знаменитой скале. С.С.Туров, известнейший русский зоолог, проезжавший с экспедицией под ней в 1935 году, о туннеле ничего не пишет. Когда же он разрушился? Об этом, конечно, знали алтайцы, но мне и не пришло в голову спросить. Я ведь ничего не знал о прошлом этой скалы. А вот когда обрушится она, а когда-то она должна же обрушиться, не скажет никто. Теперь её уже взорвали, прокладывая автомобильную дорогу, которую видно на снимке.

Я был свидетелем грандиозного обрушения скалы, причем увидел это совершенно случайно. Сидел на кордоне Челюш, что на правом берегу Телецкого озера, ожидая катера, и рассматривал в бинокль противоположный. Солнце сияло над горой Алтын-ту, которая была от меня километрах, наверное, в десяти. Вершина её обрывалась к озеру стеной. Когда она появилась в поле зрения моего бинокля, я вдруг увидел, как от этой стены медленно отрывается гигантская каменная глыба, целая скала. Она не отвалилась, а как бы медленно соскользнула и, раскалываясь на всё более мелкие части, понеслась вниз, к озеру. Самые крупные докатились, подскакивая, до воды и ухнули в столбах брызг и пены. Если бы в этот момент там были лодки с туристами, а они этим местом проплывали ежедневно, беды бы не миновать. Грохот от массы катящихся и раскалывающихся камней дошёл до нас, я сосчитал, через полминуты. Поведение гор непредсказуемо! 

Однако есть и такие места в горах, где можно почти всегда ожидать падения камней и как-то уберечься от них. Это россыпи. Там постоянно сыплются камни со скальной стенки, большие и маленькие. Нижняя часть россыпи — это самые крупные камни весом в несколько, бывает, центнеров. В верхней — камни мелкие. Они просто не докатываются до низа, инерции не хватает. Конная тропа постоянно пересекает эти россыпи, или осыпи. Некоторые всё время движутся, как бы текут. На них надо быть особо осмотрительным, идти осторожно, посматривая вверх — не катится ли какой камешек и не целит ли он в тебя. Тропа обычно идёт по границе крупных и средних камней. Если осыпь двинется, есть опасность съехать на крупные камни и, не дай Бог, поломать ноги и себе и коню. Когда почувствуешь, что камни «зашевелились», остаётся просто бежать с этого места вперёд и, главное, не споткнуться. 

Россыпи с крупными камнями называют на Алтае курумами, курумниками. Ходить по ним очень сложно в первую очередь из-за того, что камни в них с острыми рёбрами да ещё покрыты лишайниками. В сырую погоду лишайники становятся очень скользкими, а камни — словно намыленными. Поскользнуться и попасть ногой в щель между камнями ничего не стоит. Переходить курумники надо, не торопясь, с шестиком или палкой в руках, и ни в коем случае не прыгать с камня на камень, хотя такой способ передвижения кажется очень привлекательным, особенно когда спускаешься с горы. 
Курумы, в отличие от «молодых» осыпей, подвижкам не подвержены. Однако бывают и исключения. На Северном Урале, в Печоро-Илычском заповеднике, спускаясь с главного хребта к Печоре, мы забрели в вершинку какого-то безымянного ручья и на довольно крутом склоне уперлись в типичный курумник. Камни, правда, были средней величины. Спускаться, чтобы обойти его снизу, нечего было и думать — огромные каменья, кусты, не продерешься. Вверх лезть не хотелось — и так устали. Решили пересечь это место напрямую. Благо пройти-то всего надо было метров тридцать. Когда мы подошли к середине, некоторые камни стали пошевеливаться, а когда почти перешли, по только что пройденному нами месту прогремело несколько хо-о-ороших камешков. Россыпь двинулась, как бы осела буквально на сантиметры. Этого было достаточно, чтобы камни, которые лежали выше, лежали, наверняка, неподвижно не один десяток лет, сорвались и скатились.
 После перехода через курум или осыпь человек почти всегда расслабляется, выйдя на ровный склон. Однако в горах расслабляться можно только на привале. Даже на ровном, но достаточно крутом склоне, если поскользнёшься или оступишься, есть опасность укатиться вниз. На крутых да ещё покрытых сухой осенней травой местах такое может случиться запросто. Здесь лучше ходить в обуви с твёрдой подошвой, чтобы надёжно упираться в землю. Мягкую же надо хотя бы обвязать верёвкой в мизинец толщиной.                             

Снежная лавина

Юрий Бедарев, о котором я уже упоминал неоднократно, был непревзойдённым лыжником. Сейчас бы его назвали экстремалом. Ему покорялись такие крутые и скалистые спуски, где и современный горнолыжник не скатился бы.

Юрий учил меня, как вести себя, если попадёшь в оплывину. Так там называют снежную лавину. Оплывина — очень точное название. Снежный пласт словно сплывает по склону, струится, но не очень быстро. Хотя, конечно, бывают и полноснежные, катастрофические лавины. Однако если попадёшь даже в небольшую, неприятностей не оберёшься. Даже не очень длинная может утянуть незадачливого лыжника к скалам, в обрыв, который неизвестно ещё какой высоты. "Если оплывина под тобой пошла, — учил меня Юрий, — ни в коем случае не останавливайся. Катись по ней и вместе с ней. Постепенно выворачивай к краю и выскакивай с неё в сторону". К счастью мне не пришлось применять юрины советы на практике, но всё же однажды я попал в хвост оплывины. Она небыстро протащила меня метров тридцать-сорок и остановилась.





По свежей осыпи. 1958 год.


главная  предисловие  наверх  дальше


Поиск

Статистика